Украинский «Карфаген»: переговоры в Абу-Даби и новая конфигурация давления на Зеленского

Несмотря на то, что республиканцы на промежуточных выборах в Конгресс 3 ноября потерпели сокрушительное поражение и потеряли большинство в обеих палатах парламента, Трамп не собирается просто так сдавать свои позиции. Он уже объявил, что будет «мистером Вето» при демократическом большинстве и собирается блокировать инициативы демократов в Конгрессе.

На поражение Трампа и его команды серьезно рассчитывал Зеленский, полагая, что после победы противников Трампа на выборах в Конгресс у того останется меньше рычагов давления на Киев. Украина вопреки призывам Трампа возобновила атаки на российские НПЗ, а Зеленский прямым текстом насмехается над американским президентом. К примеру, в ходе своего визита в Данию Зеленский позволил себе шутку над Трампом и его желанием включить в состав США Гренландию:

— Возможно, когда кто-то в Америке мечтал о Гренландии, он даже не осознавал, что на самом деле ему хотелось не самой земли, а стать хоть немного датчанином. И кто знает, может быть, это было именно то, что ему было нужно.

Однако Киев серьезно просчитался, целиком и полностью сделав ставку на то, что Трамп после своего поражения на выборах в Конгресс останется без рычагов. Да, новый Конгресс уже перестанет быть «про-трамповским», а демократы попытаются добиться импичмента некоторых членов правительства США и, возможно, самого Трампа. Однако эти инициативы, вероятнее всего, будут обречены на провал. Недавняя инициатива демократов отстранить военного министра Пита Хегсета была заблокирована в самом Конгрессе.

Среди нового поколения демократов гораздо меньше ярых сторонников дальнейшего финансирования Киева. Многие акцентируют свои программы на поддержке Палестины и сектора Газа, а также внутриамериканских проблемах. Поддержке Украины уделяется все меньше внимания.

Переговоры в Абу-Даби

На фоне выборов в США и внутриполитического фиаско Трампа США добились проведения трехсторонних консультаций в Абу-Даби между Россией, Украиной и США. С российской стороны делегацию возглавлял помощник президента Владимир Мединский, с украинской — руководитель Службы внешней разведки Рустем Умеров, американскую сторону представляли спецпосланник Стив Уиткофф и Джаред Кушнер. Это был первый прямой раунд переговоров после восьмимесячной паузы, последовавшей за встречей в Женеве в феврале.

Главной темой консультаций, по заявлениям сторон, должны были стать гарантии безопасности для России и Украины. По словам Кушнера, по этому вопросу был достигнут значительный прогресс. Самым сложным он назвал территориальный вопрос.

Однако была достигнута договоренность о масштабном обмене пленными. По словам Мединского, стороны «в принципе» согласились провести обмен, который, как уточнил представитель российского Генштаба Александр Зорин, может состояться в ближайшие 2–3 недели и станет самым масштабным за время СВО — более 1 тыс. человек с каждой стороны.

Сразу по завершении переговоров в Абу-Даби Уиткофф и Кушнер 12 ноября прибыли в Москву для встречи с Владимиром Путиным. В Москве, как следовало из анонсов, американцы намеревались поднять вопрос о привлечении европейцев к переговорному процессу. После Москвы делегация должна была отправиться в Дублин, где их ждал Зеленский.

Ключевой итог московской встречи сформулировал помощник Путина Юрий Ушаков. Он прокомментировал разговоры Путина с Уиткоффом и Кушнером, где обсуждалось нежелание Киева идти на компромиссы:

— Отмечалось, что в Киеве не хотят завершать войну, потому что придется сразу объявлять о проведении всеобщих выборов, а власть терять никто не хочет.

«Карфаген» должен быть разрушен

С одной стороны, в Киеве демонстрируют готовность пойти на мирные переговоры. Член украинской делегации и депутат Верховной рады Давид Арахамия говорил о «хорошем импульсе» и готовности «найти решение к новому году».

Однако в частных разговорах Киев не скрывает, что намерен саботировать решения Трампа. По данным The Economist, украинским переговорщикам поручено сохранять открытость к предложениям, «чтобы не раздражать Трампа и не обострять отношения с Вашингтоном»

Однако проблема для Киева в том, что Трамп, лишившись контроля над Конгрессом, сейчас торопится зафиксировать хоть какой-то внешнеполитический результат до того, как его позиции ослабнут еще больше.

На фоне переговоров внутри самой Украины происходят маленькие внутриполитические взрывы. Главной темой в начале ноября стали события в селе Петропавловская Борщаговка под Киевом, где была обнаружена пыточная украинских силовиков, находящаяся в подвале жилого дома. В концлагере содержались, в том числе, бывшие военнослужащие и уклонисты. Родственники удерживаемых лиц узнали о местоположении пыточного учреждения и смогли поднять волну общественного недовольства. Локальный протест сопровождался попыткой властей начать диалог с толпой. Приехал глава Офиса президента Украины Кирилл Буданов (внесен в реестр террористов и экстремистов Росфинмониторинга), который сделал интересное заявление, фактически признав, что подобных нелегальных тюрем в Украине сотни.

Ситуация вышла из-под контроля, и власти арестовали женщину-медика, которая настаивала на помощи людям, удерживаемым украинскими силовиками в пыточном подвале. Арестован был также и водитель скорой помощи. Ряд представителей режима Зеленского и провластных журналистов поспешил заявить, что события на Борщаговке являются провокацией российских спецслужб.

4 ноября Национальное антикоррупционное бюро и Специализированная антикоррупционная прокуратура опубликовали новые материалы расследования, которое затронуло приближенных Зеленского. Проводимой спецоперации и коррупционной схеме в высших эшелонах украинской власти НАБУ дало название «Карфаген». В расследовании говорится о преступной группировке, в которую входили должностные лица СБУ, Генпрокуратуры и Нацполиции, курировавшие сеть из 52 call-центров, а также занимавшиеся наркоторговлей и подделкой евро. Видео НАБУ набрало 1,6 млн просмотров среди украинцев, став абсолютным бестселлером среди всех расследований бюро.

Косвенно эта логика подтверждается тем фактом, что антикоррупционные органы в Киеве, будучи независимыми согласно украинскому законодательству (они не подчиняются ни СБУ, ни Генпрокуратуре), получают данные напрямую от американских ведомств. Руководство НАБУ, к примеру, признает, что сотрудничает с ФБР. Представитель ФБР постоянно работает в Киеве и имеет собственный кабинет в здании НАБУ, ежедневно общаясь с детективами и находясь в курсе всех расследований, особенно топ-коррупционных дел. Ротация этого офицера происходит каждые 4–6 месяцев, а сам меморандум обновляется каждые два года.

В пользу скоординированных действий США против киевских властей говорят и заявления Трампа о Зеленском как о «главном препятствии для мира», а также предложения провести на Украине президентские выборы. То, что между РФ и США ведутся, по крайней мере, разговоры о нелегитимности Зеленского, подтверждают последние заявления Ушакова о том, что Путин с Уиткоффом и Кушнером обсуждали саботаж Киевом мирного процесса из-за страха потерять власть на выборах.

Коррупционные скандалы и факты существования пыточных выгодны именно в этот момент. Они расшатывают вертикаль существующей власти, подрывают статус Зеленского внутри страны (особенно после признания главы Офиса президента, ареста медика и разгона протестующих на Борщаговке) и бьют по легитимности Зеленского как переговорщика.

Ошибка Киева в ставке на поражение Трампа на выборах в Конгресс привела к тому, что Трамп, лишившись контроля над Конгрессом, получил свободу для более жестких действий, не опасаясь электоральных последствий. Теперь ему не нужно ориентироваться на отдельных сочувствующих Киеву избирателей Республиканской партии. Он может полностью отыграться на Зеленском за то, что тот целенаправленно вредил ему в электоральном поле, нарушая договоренности и атакуя российские НПЗ. Помимо этого, ему нужно зафиксировать сделку любой ценой, чтобы иметь весомую победу на внешнеполитическом фронте (на фоне серьезной критики его действий в Иране, которые и привели к поражению республиканцев на выборах).

Если Зеленский сейчас откажется от уступок, Трамп может использовать скандалы как основание для пересмотра отношений с ним лично, вплоть до прямой поддержки альтернативных фигур.