Кардиффский меморандум: Великобритания движется к распаду?

Лидеры трех националистических правительств регионов публично заявили, что «время Вестминстера подходит к концу». Фундаментальный вопрос о самой целостности британского государства впервые за десятилетия перешел из маргинальной повестки отдельных кельтских националистов в мейнстрим.

В столице Уэльса Кардиффе встретились первый министр Шотландии Джон Суинни (Шотландская национальная партия, SNP), первый министр Уэльса Рун ап Йорверт (Plaid Cymru), первый министр Северной Ирландии Мишель О'Нил («Шинн Фейн») и председатель «Шинн Фейн» Мэри Лу Макдональд. Итогом встречи стало подписание меморандума о взаимопонимании, утверждающего право регионов на выход из Великобритании.

«Кельтская тройка» на встрече заявила, что британское правительство должно быть готово к конституционным изменениям. Рун ап Йорверт назвал майские выборы в Уэльсе «поворотным моментом», а Суинни подчеркнул, что «система Вестминстера просто не соответствует своему назначению». О'Нил прямо заявила, что интересам жителей острова Ирландия «никогда не служили те, кто находится в Вестминстере».

Пока эта встреча не провозгласила конкретных шагов по выходу кельтских стран из королевства, однако все же теперь существует меморандум о намерениях, фиксирующий общую позицию и создающий формат координации.

Почему гегемония Англии стала невыгодной

Сейчас то, что когда-то скрепляло Соединенное Королевство, сейчас работает против него, особенно на фоне экономических трудностей в самой Великобритании. Для каждого региона экономические аргументы в пользу выхода выглядят все убедительнее.

Шотландия — крупнейший донор среди трех регионов, вносит порядка 8% в экономику Великобритании и обладает значительным промышленным и нефтегазовым потенциалом. В самой Шотландской национальной партии (SNP) считают, что независимая Шотландия в составе ЕС сделает каждого шотландца богаче на £3,000 в год за счет компенсации потерь от Brexit. Более дешевая энергетика и контроль над собственными ресурсами, по мнению Суинни, могли бы стать «трансформационными» для экономики. Российское исследование ИМЭМО РАН, в свою очередь, указывает, что после отделения Шотландии придется вводить режим жесткой экономии, а положительный эффект от вступления в единый рынок ЕС лишь компенсирует потери от разрыва торговли с остальной Британией.

Уэльс — регион, который получает на £12–15 млрд в год больше государственных расходов, чем генерирует налоговых поступлений. Экономические аргументы сторонников независимости Уэльса строятся на доступе к доходам от природных ресурсов, в частности от земель и морского дна, которые сейчас контролирует британская корона.

С Северной Ирландией может произойти более интересный сценарий, поскольку сама страна исторически стремится к объединению с остальной Ирландией. Экономические выгоды объединения обсуждаются в контексте доступа к единому рынку ЕС, что особенно важно на фоне последствий Brexit. Однако первоначальные издержки объединения оцениваются в €11 млрд ежегодно, или около 5% национального дохода Ирландии.

Катализатором Кардиффской встречи остается также политическая обстановка в самой Великобритании. С 2022 года в стране сменилось пять премьеров: Борис Джонсон (на посту был с 2019 по 2022 год), Лиз Трасс (44 дня на посту), Риши Сунак, Кир Стармер (июль 2024 — июль 2026), Энди Бернем (с июля 2026). При премьерстве Джонсона состоялся выход Великобритании из ЕС, который не удалось осуществить предыдущей главе правительства Терезе Мэй. Последствия Brexit серьезно ударили по британской экономике и актуализировали для кельтских стран вопрос разрыва союза с Англией.

Британская экономика в 2026 году демонстрирует неутешительную динамику. Рост ВВП во втором квартале составил 0,4%, инфляция в июле поднялась до 2,9%. Конфедерация британской промышленности (CBI) понизила прогноз роста на 2026 год с 1,3% до 1,1%, а на 2027-й — с 1,5% до 0,9%. МВФ оценивает рост британской экономики в 2026 году в диапазоне 0,8-1,0%, указывая на то, что конфликт на Ближнем Востоке, рост энергоцен и ужесточение финансовых условий сдерживают потребительские расходы и инвестиции.

Особенно тревожен разрыв между государственным и частным секторами. CBI отмечает, что занятость в частном секторе остается подавленной, тогда как государственные расходы и занятость продолжают расти. Это создает модель, при которой частный сектор не может генерировать достаточный рост, а государство вынуждено нести все большую нагрузку.

Для регионов это означает, что центральное правительство не может обеспечить экономический рост, который бы оправдывал сохранение союза. Шотландия с ее нефтегазовым потенциалом, Уэльс с его природными ресурсами, Северная Ирландия с потенциальной возможностью доступа к европейскому рынку через Ирландию — каждый из «кельтской тройки» видит больше перспектив в самостоятельном пути, чем в составе английской короны.

Конец британской короны?

Политолог Вадим Сипров допускает изменение государственного устройства страны в период от полугода до десяти лет, связывая это с совокупностью экономических, политических и управленческих проблем, миграционным вопросом и ослаблением внешнеполитического влияния.

Политолог-международник Геворг Мирзаян, напротив, считает, что до реального распада еще далеко. Для выхода регионов необходим референдум либо массовые выступления, а предпосылок для такого развития событий эксперт пока не видит. Ключевое препятствие — Лондон не разрешает вынести вопрос о самоопределении на референдум, а критического большинства сторонников независимости нет. В Уэльсе, например, опросы показывают, что 68% населения выступают против независимости.

Дополнительный сдерживающий фактор — отсутствие гарантий автоматического вступления отделившихся территорий в Евросоюз. Даже если Шотландия провозгласит независимость, путь в ЕС может оказаться долгим. Причем экономические издержки переходного периода станут значительными.

Подписание меморандума — это не начало распада, а фиксация нового политического факта, что в британском королевстве сейчас существует скоординированная сила, ставящая под вопрос саму основу союза. Даже если независимость не наступит в ближайшие годы, само существование такого блока меняет динамику британской политики.

Центральное правительство Энди Бернема уже заявило, что не поддерживает идею референдумов о независимости. Однако давление на Англию будет нарастать. Следующая встреча лидеров «кельтской тройки» с премьер-министром запланирована на октябрь. Дальнейшие события будут зависеть от стратегии Лондона: пойдет ли центральное правительство на серьезный диалог о конституционных изменениях или продолжит политику отрицания.